Контроль
содержания, свобода выражения и фильтрация
в Интернете
Одно
из замечательнейших свойств Интернета
– дешевая, простая, почти свободная
передача информации, независящая от
того, находятся люди близко друг от
друга или разделены расстоянием в
пол-планеты – породило некоторые из
наиболее сложных юридических,
стратегических и технических проблем,
связанных с быстрым развитием мировой
инфраструктуры Информационных и
Коммуникационных технологий (ICTs).
Сторонники свободы слова в западном
стиле радуются обилию возможностей
свободно высказываться и обмениваться
идеями. Голоса тех, кто ранее был ограничен
условиями местной среды, теперь могут
быть услышаны далеко за географическими
пределами их территорий – цена подобной
привилегии как правило незначительна.
Авторы во многих случаях могут добиться
определенной анонимности – или, по
крайней мере, псевдонимности – размещая
информацию в новостных группах, публикуясь
на веб-сайтах (таких, как веблоги),
рассылая электронные сообщения и
пользуясь электронными листами рассылки,
что предоставляет им беспрецедентную
свободу порождения идей и самовыражения.
Однако эти же самые особенности породили
распространение в онлайне угроз в адрес
различных групп населения (hatred
speech), детской порнографии,
пиратства программного обеспечения и
музыкальных произведений и других
«антисоциальных» действий. Многие
страны предприняли попытки подавить
нежелательные политические выступления
и другие онлайновые действия,
рассматриваемые ими в качестве
культурно-неприемлемых. Напряжение,
существующее между потенциальной
возможностью широкого доступа к
информации и стремлением ограничить
нежелательные выступления на местном
или национальном уровне, повлекло за
собой множество разногласий, которые
в разных частях света разрешаются
по-разному. В этом отношении страны СНГ
наряду с другими государствами в
настоящее время представляют собой
крайне важный регион.
Данный
модуль и сопутствующие ему заседания
в Таллине затронут основные концепции
контроля информации в Интернете:
контент-контроль посредством
законодательного регулирования,
судебного преследования (законы о
защите интеллектуальной собственности,
деликты), цензура (блокирование и
фильтрация), надзор и технологии его
обхода. Акцент делается на стратегии
и практике (часто не имеющих никакой
юридической поддержки на уровне санкций)
контроля над различными типами передачи
сообщений посредством Интернет-технологий.
Основные действующие лица – это, с
одной стороны, люди, желающие высказаться
или опубликоваться, а с другой,
правительства и провайдеры интернет-услуг
(ISP), которые в некоторых
случаях стремятся их ограничить. Другие
участники игры, тоже сделавшие в ней
весомые ставки, представлены владельцами
интеллектуальной собственности,
стремящимися предотвратить нелицензированное
распространение своих материалов, а
также жертвами клеветы и злословия,
намеревающимися отстоять свою репутацию.
1.Технический
дизайн и контроль за содержанием.
Для
обсуждения контроля за содержанием в
сети дадим краткий обзор ключевых
аспектов инфраструктуры Интернета.
Любая точка входа в Интернет обладает
фиксированным адресом (или номером
TCP/IP), который
может быть либо статическим (с постоянным
IP-адресом), либо динамическим
(с динамически присваеваемым или
меняющимся IP-адресом).
Этот IP-адрес необходим
как отправная точка для того, чтобы
информационный пакет, содержащий
IP-адрес получателя и
отправленный из другой TCP/IP-точки,
мог перемещаться и достичь в конце
маршрута желаемой цели. Путь, совершаемый
информационными пакетами, задан трассовым
протоколом (routing protocol).
Путь начинается с адреса источника
данных, затем перемещается по нескольким
транспортным узлам (заданным трассовой
траекторией), и наконец оказывается в
целевом IP-гнезде и поступает
в приложение пользователя. Чтобы
избежать задержек и излишнего траффика,
перегружающего сеть, провайдеры
интернет-услуг нередко вступают в
партнерское соглашение или прямой обмен
информационными пакетами в том случае,
если адреса источника и получателя
данных находятся в одной сети. Подобным
же образом группа провайдеров может
создать обменный интернет-узел (Internet
Exchange Point /
IXP), с целью удержания
траффика между двумя локальными точками
внутри локального цикла – вместо того,
чтобы допускать или требовать перемещения
информационных пакетов в отдаленные
точки с последующим возвращением на
адрес в локальной зоне. Подобные системы,
широко варьирующиеся в зависимости от
места действия, предоставляют ряд
«контрольных узлов», в которых
желающие перехватить или заблокировать
передачу данных могут получить доступ
к потоку пакетов. (Более широкий обзор
системной архитектуры находится по
адресам
http://cyber.law.harvard.edu/bold/devel03/modules/episodeI.html
(2003) и http://www.internetpolicy.net/practices/ixp.pdf
(доработанный вариант, 2004)).
Отдельные фазы перемещения
пакета обычно не представляют собой
никакой важности и в принципе невидимы
для пользователей на обоих концах
Интернет-связи, основанной на протоколе.
Одна из прелестей оригинального
«сквозного» дизайна Интернета
заключается в том, что невероятно быстрый
и сложный поток данных является для
пользователя автоматическим и одновременно
оказывается сравнительно сложным для
отслеживания благодаря тому, что следует
по долгому и замысловатому маршруту
(См.
http://web.mit.edu/Saltzer/www/publications/endtoend/endtoend.pdf).
Таким образом, ни компьютерным
пользователям, ни разработчикам
программного обеспечения обычно не
нужно озадачивать себя подробностями
Интернет-маршрутизации. Тем не менее,
усилия по ограничению потока данных с
целью сокращения передачи нежелательных
политических выступлений, порнографии,
нелегально копируемой интеллектуальной
собственности или любого другого
нежелательного контента могут быть
оценены по достоинству толко с учетом
маршрутизации. Маршрутизация – самый
важный аспект всего вопроса, поскольку
узел, на котором предпринимается попытка
контроля, является одним из наиболее
важных факторов, влияющих на достоинства
и недостатки выбранной стратегии
контроля как с инженерной, так и с
политической точек зрения.
2.
Контент-контроль в зоне источника:
законодательное регулирование и судебное
преследование
Одним
из методов ограничения потока нежелательной
информации является контент-контроль
в зоне источника выступления или
публикации. Кажется, что блокировать
контент в самом начале гораздо проще,
чем отслеживать пакеты, когда они уже
переданы в Интернет-пространство и
могут быть закодированы или скрыты
каким-то другим способом. Регулирование
средств массовой информации и передачи
данных в Интернете обычно производится
посредством трех различных каналов:
контроль посредством зашиты интеллектуальной
собственности (в основном авторских
прав) и законов о клевете, имеющих
отношение к онлайновым коммуникациям;
официальные ограничения цифровой
трансляции; и правила, относящиеся к
цензуре высказываний и сообщений.
Некоторые страны, например, приняли
законы, вводящие ограничения на
информацию, которую издатели веб-сайтов
могут размещать в Интернете, и требующие
от этих издателей соблюдения определенных
регулятивных норм. Эти требования могут
касаться как того, что издатель должен
сообщить, так и того, чего он сообщать
не должен.
С
другой стороны, либо независимо, либо
дополнительно к регулятивной системе
мер, нередко в частном порядке, создается
режим ответственности, защищающий людей
от поступления нежелательной информации
через Интернет. Например, авторское
право, незаконное присвоение коммерческой
тайны и ответственность за клевету
предоставляют возможность возмещения
ущерба пострадавшей стороне в случае
нанесения вреда при публикации
нежелательного контента. Угроза
экономических и неэкономических санкций
со стороны государства или частого
сектора служит сдерживающим фактором
для незаконных высказываний. Время от
времени суды, опасаясь нарушений
различных прав в будущем, вводят запреты
с целью не допустить использования
определенных технологий. Одним из
примеров подобного вмешательства
являются судебные разбирательства в
многочисленных юрисдикциях по всему
миру между издателями развлекательного
контента и сетями, допускающими свободный
обмен файлами между клиентами.
Как
стратегия законодательного регулирования,
контент-контроль в зоне источника
выступления или публикации подвержен
жестким ограничениям. Многие желающие
высказаться или опубликовать информацию,
распространение которой правительство
стремится остановить, просто игнорируют
подобные запреты ex ante.
Большинство авторов и издателей в сети
представляют собой не одиночные
стационарные источники, подобные,
например, уже укоренившимся издателям
веб-сайтов. В некоторых странах наложение
запретов на определенные типы высказываний
до того, как они были сделаны, нарушает
право свободы высказывания, охраняемое
Конституцией («сдерживающее
ограничение»). В результате этого,
правительства часто предпринимают меры
контроля в более отдаленном узле цепи
передачи данных.
2.1
Пример: клевета в Интернете.
Представьте
себя владельцем малого бизнеса.
Деятельность Вашей компании не зависит
от Интернета, которым Вы пользуетесь
время от времени, для личного общения
с членами вашей семьи и друзьями. Но вот
однажды к Вам начинают поступать сердитые
звонки; звонящие ссылаются на нечто,
опубликованное Вами в Интернете и
являющееся чрезвычайно оскорбительным
для определенной группы населения. Вы,
разумеется, ничего подобного не делали
и хотите, чтобы звонки прекратились,
оскорбительная информация была изъята
из сети, а настоящий нарушитель понес
справедливое наказание.
Возьмем другой пример.
Вообразите, что Вы менеджер высшего
звена в крупной компании. Новостное
агентство в чужой стране сообщает, что
Вы, в составе группы корпоративных
менеджеров, даете взятки государственным
служащим с целью получения прибыльных
контрактов. Вы невинны, но эту клевету
читает весь мир, а Вы тем временем
чувствуете, как Ваши личные и корпоративные
акции падают с каждой минутой. Процесс
предотвращения подобного вредительства
и получение возмещения ущерба в случае
нанесения вреда может быть чрезвычайно
трудным, если в него вовлечен Интернет,
особенно когда издатель находится в
другой стране.
Применение
антиклеветнических мер к Интернет
влечет за собой целый ряд различных
проблем. Во-первых, правительства должны
решить, считать ли провайдеров
ответственными за противоправные
действия своих пользователей. Во многих
случаях правительства признают
ограниченную ответственность провайдеров
– в том случае, если те следуют определенным
правилам и сотрудничают с правоохранительными
органами. Во-вторых, как показало недавнее
разбирательство в Австралии, законодателям
приходится решать сложные задачи,
связанные с юрисдикциями и конфликтами
законодательств. Возьмем к примеру
дело Доу Джонс против Гутника, в котором
высший суд Австралии привлек к судебному
разбирательству нью-йоркское новостное
агентство Бэрронс, владельцем которого
является Доу Джонс, за то, что оно
опубликовало на своем веб-сайте
информацию, порочащую истца (видного
австралийского бизнесмена Джозефа
Гутника) и доступную подписчикам в
австралийской Виктории.
Высший суд Австралии подтвердил, что
в рамках австралийской судебной системы
Гутник может привлечь Доу Джонс к
ответственности за действия, инициированные
в Соединенных Штатах, если результаты
этих действий были ощутимы в Австралии.
Таким образом, дело Гутника подчеркивает
возможность привлечения Интернет-издателя
к ответственности почти в любой стране
мира.
2.2
Случай из практики: Аннулирование
уголовного наказания за клевету в
Киргизтане.
Согласно
сообщению киргизского новостного
агентства, парламент Республики Киргизия
рассматривает проект законодательного
акта, который внесет поправки в уголовное
право, касающееся клеветы. Статья 127
Уголовного Кодекса Республики Киргизия
требует наказания за акт клеветы,
содержащейся в публичном выступлении
или в статье, распространяемой публично
или доступной через средства массовой
информации, штрафом в размере до пяти
месячных заработных плат и/или тюремным
заключением. Хотя некоторые парламентарии,
представители исполнительной ветви
власти и судьи Верховного Суда приводят
доводы, оспаривающие данную реформу
как преждевременную, ожидается, что
вскоре последует принятие соответствующего
закона.
Согласно
отчетам IFEX, с прошлой
осени местные СМИ встречаются с членами
правительства и законодателями для
обсуждения возможности снятия уголовной
ответственности за клевету и оскорбление,
которые в настоящее время максимально
наказуемы тремя годами лишения свободы.
Хотя большинство дел о клевете, заведенных
на киргизских журналистов, является
делами гражданскими, угроза уголовного
преследования остается реальной,
заявляет CPJ. Например,
журналист Молдосали Ибраимов, который
в прошлом году успешно аппелировал
приговор к двум годам лишения свободы
за клевету на местного судью, теперь
вынужден вступить в новую судебную
битву, так как в марте решение о его
освобождении было отменено.
С
одной стороны, отмена в Киргизтане
уголовного закона, связанного с клеветой,
могла бы потенциально ограничить
сдерживающие функции государства,
противостоящего независимым писателям,
и предоставила бы большую свободу
выражения журналистам и авторам,
распространяющим свои идеи через
Интернет. С другой стороны, подобная
реформа сделает более привлекательной
онлайновую публикацию информации,
воспринимаемой некоторыми лицами в
качестве нежелательной, так как исчезнет
сдерживающий эффект наказания и позора
уголовного преследования за клевету,
а в силе останутся одни лишь меры
гражданской ответственности.
3.
Контент-контроль в сети: Интернет-фильтрация.
Учитывая,
насколько строго лимитирован
контент-контроль в зоне источника,
большинство стратегий контент-контроля
концентрируются на блокировании,
перехвате или отслеживании информации
внутри сети. Контроль на уровне провайдера
или обменного Интернет-узла возможен.
Во многих странах провайдеры обязаны
получить государственную лицензию,
прежде, чем продавать гражданам доступ
в Интернет. В качестве условия получения
лицензии государство может потребовать
права фильтрации определенных пакетов
в зависимости от их контента; оно может
потребовать маршрутизации пакетов в
или через определенные узлы, и оно может
потребовать определенный доступ с целью
слежения за потоком. Практически все
страны мира выдвигают провайдерам
определенные требования по предоставлению
(в некоторых случаях) информации о
подписчиках – как правило это связано
с деятельностью правоохранительных
органов.
Но
этот подход к контролю на уровне
провайдера также имеет свои ограничения.
Провайдеры не всегда охотно вступают
в сотрудничество с правоохранительными
органами. И хотя провайдеров можно
заставить отвечать за какие-то определенные
действия их клиентов (в том случае если
они были в курсе нарушений), в рамках
законодательства некоторые законы
(такие, как американский Закон Миленниума
об охране авторского права на произведения
на цифровых носителях – Digital
Millennium Copyright
Act / DMCA – и
его аналоги в других странах, а также
американский Закон о достойном поведения
в сфере коммуникаций Секция 230 – US
Communications Decency
Act Section 230)
допускают, что провайдеры не несут
ответственности за вред, связанный с
деликтами или другими претензиями в
рамках общего права. Эта неприкосновенность
становится наиболее ощутимой в тех
случаях, когда провайдеры выступают в
роли простых посредников в передаче
информации – хотя истец может потребовать
судебного запрета, предотвращающего
дальнейшее распространение экземпляров
противоправной продукции. Директива
Евросоюза по электронной коммерции (EU
Directive on
E-Commerce) также
особождает провайдеров Интернет-услуг
от ответственности, при условии, что
они соблюдают определенные требования,
связанные с порождением или передачей
противоправной или дискредитирующей
информации. Тем не менее контент-контроль
внутри сети обычно позволяет правительствам
осуществлять цензуру и надзор за обменом
информацией посредством Интернет как
гражданами их стран, так и теми, кто
гражданами не является.
3.1
Интернет-фильтрация и надзор.
Интернет-фильтрация и надзор
представляют собой наиболее
распространенный, противоречивый и
важный вид контент-контроля в сетях
информационных и коммуникационных
технологий. В процессе дискуссий в
Таллинне мы обсудим этот материал
значительно подробнее, нежели в данном
обзорном документе; далее предлагаем
вам общую характеристику процесса
фильтрации. В простейшем виде фильтрации
на компьютере, подсоединенном к Интернету
в определенной точке на трассе, по
которой следует информационный пакет,
установлено программное обеспечение,
фильтрующее, одним или несколькими
способами, доступ к веб-сайтам, содержащим
заданные типы нежелательной информации,
или же регистрирующее информацию о
типах пакетов, передаваемых из одной
зоны сети в другую. На уровне клиента,
практически любой браузер содержит
внедренное программное обеспечение,
позволяющее вам как пользователю
фильтровать либо веб-сайты, либо их
контент, содержащий определенные слова
(нежелательную рекламу, линки к
непристойным сайтам и т.д.); оно обычно
используется родителями для ограничения
типов информации, к которой имеют доступ
их дети. На уровне организаций многие
корпорации приняли добровольные кодексы
или правила пользования Интернетом,
фильтрующие определенный материал –
отчасти из-за ответственности, которую
они могут понести в результате
нерегулируемой деятельности служащих.
Этими корпоративными фильтрами обычно
управляет служащий компании из отдела
информационных технологий или внешний
подрядчик, отвечающий за предоставление
сетевого доступа служащим.
Но
нас больше всего интересует тот факт,
что правительства и провайдеры находят
– или создают – узлы контроля в сети
для установления средств фильтрации и
надзора, о которых пользователям часто
не известно. Те, кто стремится контролировать
контент, могут сосредотачивать свои
усилия на провайдере-отправителе (т.е.
поблизости от источника передачи
данных), на посреднике между провайдерами,
или на провайдере-получателе (поблизости
от места окончания передачи данных).
Контроль за провайдером-отправителем
позволяет лимитировать исходящие
сообщения, но у него строго ограниченные
рамки. Контрольные узлы в середине сети
могут напрямую контролироваться
правительствами и их службами, либо
могут быть представлены поисковыми
системами, которые регулируются или
подвергаются давлению, нацеленному на
приведение их в соответствие с местным
правилам. Контроль на уровне
провайдера-получателя предоставляет
преимущества близости к клиенту, который
является получателем данной информации.
С точки зрения правительства целевые
провайдеры по определению – местные
получатели, и потому для некоторых типов
фильтрации они являются наиболее
предпочтительными контрольными узлами.
В зависимости от страны фильтрация и
надзор могут происходить в одном или
нескольких подобных контрольных узлах
вдоль всей сети.
Контент-контроль
в середине сети, в простейшем смысле,
может вестись двумя способами: как
контент-фильтрация и как контент-анализ.
Контент-фильтрация обычно основана на
использовании методов блокировки на
международных входах и выходах ведущих
провайдеров страны, которые удерживают
пользователей от доступа к веб-сайтам
или получения и отправки сообщений с
конкретным IP-адресом либо
в рамках определенного спектра IP-адресов
или других характеристик. Пользователям
либо позволяется посещать определенный
набор IP-адресов (т.н.
«контроль по типу включения»,
который практически невозможно
осуществлять), либо для них заводится
определенный набор IP-адресов
с заблокированным доступом («контроль
по типу исключения», который гораздо
легче осуществить, но у которого тоже
есть определенные пределы). Контент-анализ
основан на динамическом анализе контента
и блокировке доступа к веб-страницам,
которые содержат слова или другую
информацию, выбираемую согласно
определенным критериям. Подобные виды
анализа становятся все более эффективными,
хотя сам процесс анализа может значительно
затормаживать скорость передачи данных.
С
точки зрения стратегов, на контент-фильтрацию
в точке отправления сообщения или
недалеко от нее налагаются определенные
ограничения, что вызывает важные
опасения. Во-первых, фильтрация почти
неизменно предотвращает доступ к
информации, которая, с теоретической
точки зрения, не дол&#